«мама, меня изнасиловал весь класс». каково это

Супружеское изнасилование: преступление или нет

Наиболее часто к сексуальным отношениям помимо воли принуждают женщин, хотя насилие по отношению к мужчинам также не исключено. Многие жертвы не расценивают подобные действия как уголовно наказуемые, если они происходят в браке. Связано это главным образом с тем, что в нашем обществе существует стереотип о так называемом «супружеском долге», который партнер должен выполнять вне зависимости от собственного желания.

Между тем УК РФ не делит насилие на супружеское и не супружеское. Любые действия сексуального характера, совершенные помимо воли партнера, являются уголовно наказуемыми. Если не было непосредственного изнасилования, то действия против воли женщины могут быть расценены как насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК РФ) или понуждение к ним (ст. 133 УК РФ).

Обратите внимание! Уголовное законодательство Российской Федерации не предусматривает каких-либо смягчающих обстоятельств для ситуаций, когда сексуальное насилие происходит в семье. Преступник карается по всей строгости закона

Ему назначается наказание, предусмотренное ст. ст. 131-133 УК РФ.

Так же, как и в случае обычного изнасилования, при принуждении к вступлению в половую связь в супружеской паре объектом преступления будет половая свобода и неприкосновенность личности. Помимо этого, если деяние сопровождалось побоями и издевательствами, объектом будет считаться физическое и психическое здоровье человека.

Зачастую сексуальное насилие в семье не сопровождается применением непосредственной физической силы. Насильник действует более хитро, запугивая жертву, шантажируя или прибегая к манипуляциям. По смыслу ст. 131 УК РФ, если человек соглашается на половое сношение в результате угроз применения силы со стороны партнера, то это также изнасилование. При этом такие угрозы могут быть направлены не только в адрес самой жертвы, но и в адрес других лиц, в том числе родственников. Как следует из судебной практики, угрозы могут быть как прямыми и конкретными, так и общими. Главная их характеристика — это обещания применить насилие в том случае, если партнер не согласится на вступление в сексуальную связь.

Изнасилованием также считается вступление в связь с человеком, который находится в беспомощном состоянии. В этих целях преступник может делать жертве наркотические инъекции или доводить ее до состояния алкогольного опьянения. Оба этих действия будут расцениваться судом как применение физического насилия с целью подавить волю жертвы. Сексуальный контакт с человеком, находящимся в состоянии глубокого сна, также может считаться изнасилованием, поскольку партнер в таком состоянии не способен осознавать происходящее, а значит, не выражает свое согласие на действия сексуального характера.

Обратите внимание! Насилие в браке ─ это умышленное деяние. При его совершении преступник осознает, что сексуальный контакт происходит против воли партнера, однако это его не останавливает

Так же, как и обычное изнасилование, принуждение к половому акту супругом считается тяжким преступлением, срок исковой давности по которому равен 15 годам.

Как поступать при ложном обвинении в изнасиловании

Мы говорим о преступлении, предусматривающем серьезное наказание. Поэтому, если человек невиновен, он должен сделать все, чтобы это доказать. Самостоятельно справиться с задачей невозможно. Обязательно нужно найти хорошего адвоката. Предложений от специалистов много, но только единицы смогут решить имеющуюся задачу. При выборе адвоката обязательно нужно учитывать:

  • специализацию. Чем она уже, тем лучше;
  • стаж адвокатской деятельности;
  • количество дел за всю практику;
  • число выигранных дел и уровень их сложности;
  • отзывы, если есть доступ к ним.

Стоимость услуг хорошего адвоката будет достаточно высокой. Но, нужно понимать, что от квалификации специалиста многое зависит. Это не та ситуация, где следует думать про экономию. Поэтому, больше внимания все-таки нужно уделить профессиональным качествам.

Самому обвиняемому необходимо собрать как можно больше доказательств своей невиновности. Более конкретно обсуждать этот момент следует с адвокатом. Для опровержения обвинения может пригодиться все:

Обеспечить для себя хорошую защиту – это главная задача обвиняемого. Особо актуальной она становится, если у женщины или девушки, заявившей об изнасиловании, есть влиятельные знакомые, которые могут оказать содействие в разрешении дела не в пользу лица, выступающего в роли виновной стороны.

«Мама, меня изнасиловали» – «Кто?» – «Весь класс!»

Обычно у биполярников наступление маниакальной стадии означает, что скоро тебе станет очень и очень плохо. Так и случилось. В один прекрасный день, когда никто из моих любимых одноклассников не смог пойти со мной погулять, я словила жуткую паранойю.

Начало казаться, что все что-то против меня замышляют. Я во всем видела подвох и попытку меня обидеть. Стала очень тревожиться за родителей. Каждый раз, когда я видела, как кто-то разговаривает на улице, мне казалось, что они обсуждают маму и отчима и замышляют что-то недоброе.

Как назло, тогда началась эпидемия птичьего гриппа. Все вокруг об этом писали и говорили – это была главная тема года. Людям с нестабильной психикой такие социальные перегибы вообще противопоказаны.

Естественно, как только у меня появился небольшой насморк, я начала прощаться с жизнью. А когда прошла новость, что в регионе от птичьего гриппа умер ребенок, я начала винить в этом себя, потому что знала, что больна, но продолжала ходить в школу без маски.

Дела шли все хуже. Начались проблемы с учебой: не получалось толком ни на чем сконцентрироваться, и один пример по математике я могла решать целый день. Причем не отрываясь и очень страдая в процессе.

В какой-то момент я перестала спать и практически не ела. У меня «остановились» зрачки: теперь они всегда были одного размера и не реагировали на свет.

Конечно, мама это заметила и пыталась мне всячески помочь. Она ложилась спать со мной в одной кровати, возила меня в старый дом. Но на меня ее забота только давила. Мне казалось, что скоро она устанет от меня и захочет избавиться, что надо срочно что-то придумать.

И вот однажды на очередное ее «Дочка, что с тобой происходит?» я машинально выпалила: «Меня изнасиловали». Не знаю почему – просто надо было назвать хоть какую-то весомую причину того, почему я теперь такая. Дальше последовал занимательный диалог:

– Кто это сделал?

– Мой одноклассник (назвала имя).

– Его накажут! Мы пойдем в милицию! Кто-нибудь еще тебя обижает?

– Да. Весь класс. Они все меня насилуют.

Тут, думаю, мама и начала понимать, что проблема у меня не с одноклассниками, а с головой.

Что дальше

— Я планирую уехать в другой город

Сейчас уже неважно куда. Главное — всё это забыть

Потому что я сейчас хожу по району, и все воспоминания накатывают…

— Маму заберёте с собой?

— Я ей предлагала уехать. Она сказала, что не оставит фирму. У них с отцом была совместная компания. Он был в ней директором, мама — соучредителем.

— Вы думаете о том, что когда-то у вас будет семья, дети?

Мне важно быть с единственным человеком всю жизнь. Я хочу строить полноценные крепкие отношения

Хочу, чтобы у меня были дети. Иногда думаю, как буду их воспитывать, чему учить, чем они будут заниматься в жизни… Это то, о чём я старалась думать, когда было совсем тяжело и казалось, что уже нет выхода.

— Вы же понимаете, что следователям едва ли удастся доказать эпизоды из вашего детства?

— Да, понимаю.

— Вы пойдёте в суд? Вы имеете право не присутствовать в зале суда.

— Мне сказали, что я могу написать заявление и всё будет происходить без меня. Я не знаю… Сейчас я боюсь его видеть. Я до сих пор испытываю страх.

— И зависимость?

— Да. Наверное, лучше бы я его не видела.

  • Елена планирует переехать в другой город, чтобы ничто не напоминало ей об отце-насильнике
  • RT

— Испытываете жалость к нему?

— Нет, жалости нет. Когда она хотя бы чуть-чуть возникала, я начинала прокручивать в голове всё, что он делал со мной — без моего желания, видя, что я плачу. Видя, что мне плохо! И он продолжал это делать. Жалости нет абсолютно.

Характеристики серийных банд изнасилований

Последовательное поведение

В групповых изнасилованиях часто участвуют два или более мужчин. Эти изнасилования имеют характеристики, отличные от тех, которые обнаруживаются при изнасиловании отдельными лицами; например, бандитские насильники, как правило, моложе и серийны в своих преступлениях, банды чаще находятся в состоянии наркотического или алкогольного опьянения. Групповые изнасилования более жестокие; сексуальные и несексуальные травмы жертвы часто гораздо более серьезны. Члены банды обычно дегуманизируют свою целевую жертву (жертв) до и во время изнасилования. Везде есть тенденция обвинять жертву ; однако групповые изнасилования почти всегда являются преднамеренными по своим намерениям, целевой жертве (жертвам), социальным доказательствам и психологическим причинам. Определенные события, такие как гражданские войны, пропаганда ненависти и этнические конфликты, увеличивают уровень групповых изнасилований.

Члены банды изнасилований часто имеют связывающую силу, такую ​​как одна и та же религия, раса или место жительства, тем самым формируя сплоченную группу давления со стороны сверстников, поощряемую поведением своих товарищей-преступников. В исследовании 2013 года, основанном на данных о преступности за 25 лет из США и Европы, от 10% до 20% всех изнасилований были групповыми изнасилованиями. Сообщается о менее чем одном из трех групповых изнасилований и менее чем в 1 из 20 попыток, но неудавшихся групповых изнасилований.

Групповое мышление преступной спирали

Групповое изнасилование можно рассматривать как пример групповой . Соответственно, группа лиц может совершать первоначальное поведение, которое идет в преступном направлении далеко за пределы первоначального намерения ее участников. В рамках этого процесса каждый член группы вносит определенный вклад в развитие криминального тиража — даже пассивные члены, которые являются молчаливыми участниками, поддерживают вращение самим своим присутствием. Это считается групповым преступлением, потому что большинство членов банды совершают это действие только во время группового взаимодействия, «позволяя себе» отклониться от своих повседневных норм. В этих случаях групповое взаимодействие обеспечивает компонент вращения: «Я могу»: хотя каждый член обычно не ощущает внутренней способности и разрешения действовать в преступном направлении, то есть в групповом изнасиловании, воспринимаемая сила группы обеспечивает это чувство и позволяет действовать. Точно так же групповое взаимодействие может проявлять мотив «я должен», поэтому социальные силы внутри группы направляют его к изнасилованию. В любом случае взаимодействие членов группы в спине порождает эгоцентричные нормы, которые способствуют дальнейшему развитию криминального контекста до крайней точки совершения изнасилования. Групповое изнасилование часто совершается при совершении другого преступления, например, грабежа, и в соответствии с предупреждением Бен Аззаи в «Этике отцов» о том, что «один грех ведет к другому греху», запланированное ограбление также превращается в незапланированное групповое изнасилование. В таком процессе острого группового вращения группа действует как единое целое, большее, чем ее части. Даже если бы его отдельные члены не совершили изнасилование, их коллективное вращение приведет к чрезвычайной эскалации насилия. Исследования членов молодежных банд, проявляющих хронические групповые паттерны, также подтвердили это утверждение, учитывая, что масштабы преступлений, совершаемых членами банды, выросли с тех пор, как они присоединились к банде.

Какая предусмотрена ответственность за ложный донос

Очень часто женщины совершают необдуманные поступки в порыве эмоций или, испытывая сильную обиду на конкретного человека, желание отомстить. Но, прежде чем пытаться создать проблемы объекту своей неприязни, следует подумать о том, чем грозит ложное обвинение. В УК РФ существует соответствующая статья – 306. Если будет доказано, что изнасилования не было и факт выдуман заявительницей, ей придется отвечать перед законом.

Уровень ответственности определяется в судебном порядке. Обычно он предполагает несколько мер. Обязательно – принесение извинений обвиняемому. Также будет вестись речь о возмещении материального и морального ущерба. Размеры выплат зависят от профессионализма адвоката второй стороны, ведь можно затребовать разные суммы, главное – правильно их аргументировать. Дополнительно предусматривается штраф. Его размер достаточно большой, будет исчисляться в тысячах рублей.

GoRabbit публикует откровения девушек, которые забеременели после того, как их изнасиловали.

«Меня изнасиловали, когда мне было 17. Мой сын очень похож на того, кто это сделал. И меня это пугает».

«Я забеременела в 13 лет после изнасилования. Потом у меня был выкидыш. Рассказываю кому-либо об этом в первый раз».

«Сегодня у меня был выкидыш. И я испытываю облегчение, потому что неделю назад я узнала, что забеременела от человека, который меня изнасиловал».

«Меня изнасиловали в раннем возрасте, я забеременела, потом потеряла ребенка. Через несколько лет у меня появился парень, и я считаю, что потеряла девственность с ним, а не с моим насильником».

«Моя семья знает, что меня изнасиловали, у меня был выкидыш. Изнасилование, безусловно, травмировало меня, но окончательно меня сломал именно выкидыш».

«Меня изнасиловали в 15 лет, я забеременела и родила. Моей девочке сейчас 6 лет. Сейчас я влюблена и счастлива, жду второго ребенка с моим парнем. Тот человек не смог сломать меня».

«Четыре года назад мое изнасилование закончилось беременностью. А сейчас мой парень сделал мне предложение и хочет удочерить мою девочку. Я самый счастливый человек на свете».

«После моего изнасилования все, кто знал, что я беременна, говорили одно слово «аборт». Я сохранила эту беременность, и сейчас моя дочь – самое главное и самое лучшее, что есть в моей жизни».

«Мне было 14, когда это случилось. И родила. И счастлива сейчас, что сохранила беременность, потому что сейчас врачи поставили мне бесплодие».

«В 18 я подверглась изнасилованию и потом родила мальчика. Ему сейчас одиннадцать, и он каждый день доказывает мне, что совсем не похож на своего отца».

«Я знала, что моя новорожденная дочь ни в чем не виновата, знала, что она такая же жертва, как и я. Но я без сожалений отдала ее на усыновление. Я хотела, чтобы у нее была счастливая жизнь с чистого листа, я не могла бы ей это дать».

«Мой жених не признает абортов, но мной это случилось. Я беременна от человека, который меня изнасиловал. Аборт – для меня единственный возможный выход из этой ситуации».

«В 14 лет я забеременела после изнасилования и сделала аборт. Все мои тогдашние друзья отвернулись от меня. Не жалею ни о чем».

«Думала, изнасилование – это самое худшее, что случилось, но я забеременела, а у меня даже нет денег на аборт».

«С возрастом эта боль не проходит. Я потеряла девственность в 15 со своим насильником. Сделала аборт».

«Меня изнасиловали в 12 лет. И если бы я не избавилась от ребенка, этого человека заставили бы на мне жениться. И моя жизнь превратилась бы в сплошной кошмар».

«Я забеременела после изнасилования. И готова бросить кирпичом в каждого, кто говорит мне, что мой насильник должен узнать о ребенке и познакомиться с ним».

«Сейчас я узнала, что беременна от моего насильника. И я очень боюсь, что он узнает и что-то сделает со мной».

«В июле я пережила групповое изнасилование. Теперь я беременна и даже не могу узнать, кто именно отец».

Ольга

Казахстнан, 1 год

Привезли меня в Алматы. Я тогда еще удивилась, почему мы сделали такой большой круг. Привезли нас в многоэтажный дом, устроенный как гостиница, только на всех окнах и дверях были решетки. Нас завели в подвал, где была женщина, судя по всему, казашка, и двое ее сыновей. Она объяснила нам, что нас продали ей в сексуальное рабство. Кроме нас были и другие девушки. Из Кыргызстана нас было шестеро. Еще были две девушки из Узбекистана и две из Таджикистана.

Всех девчонок держали взаперти в отдельных комнатах, куда прямо к ним заводили потенциальных клиентов. Я не соглашалась обслуживать их. Говорила, что это противозаконно. Тогда мне сломали руку. Но я все равно отказывалась. Тогда ту же сломанную руку мне сломали еще раз. Приехал врач, который наложил мне гипс. Так продолжалось неделю. В один день они, наверное, устали, что я не поддаюсь, и меня вывезли в степь. Поставили перед вырытой ямой и сказали, либо я соглашаюсь работать, либо меня закапывают живьем.

Я подумала, что я еще молодая и что я смогу все-таки сбежать… И согласилась работать. Так прошло чуть больше года. Они видимо поняли, что я успокоилась, потому что начали нас вывозить к так называемым постоянным клиентам.

Среди моих клиентов были кыргызстанцы, я рассказывала им свою историю, просила, если они даже не вывезут меня, то пускай хотя бы напишут заявление в Кыргызстане. Тем более адрес дома, в котором я работала, они знали. Но никто не помогал. И как-то раз меня и еще одну девушку из Кыргызстана повезли к клиентам. Нам попались дальнобойщики из Кыргызстана. Нас заперли на замок и утром должны были открыть. Мы рассказали парням свою историю, и они согласились нам помочь. Ночью мы сбежали из гостиницы, парни поместили нас в своих фурах среди коробок и вывезли из Казахстана.

Ребята довезли нас до границы, дали нам денег на дорогу и попрощались. Моя напарница уехала домой, в Нарын, а я приехала в Бишкек. Когда я приехала в Бишкек, я обратилась в кризисный центр, мне помогли. Но подругу я не смогла найти, она до сих пор в Казахстане, наверное. Я обращалась в милицию, но мне сказали: «Как это милиционеры могли продать девушку в рабство?». Когда я обратилась во второй раз, мне ответили: «Ворон ворону глаз не выклюет» и «Если не хочешь где-нибудь в горах очутиться — забудь и живи».

«Я ему верила»

— Отец давил на жалость?

— Да. И я, естественно, ему верила. В тот момент я находилась в эмоциональных тисках.

— А когда наступил пубертатный период, не пришло осознание, что такие отношения ненормальны?

Сейчас я работаю над этим. Потому что у меня очень много страха, отвращения, плохих мыслей по отношению к себе… Много сожаления, что я не поговорила ни с кем раньше. Когда я доходила до эмоциональных пиков, когда мне хотелось кричать от того, насколько было внутренне больно, я думала, что лучше бы моя жизнь уже закончилась прямо сейчас. Я тогда умоляла, чтобы со мной что-нибудь произошло. Потому что для меня это был самый лёгкий вариант выхода из этой ситуации.

— И попытки были?

— Были. Но не удавалось. Что-то меня останавливало. В голове звучала фраза: «Ты не знаешь, что будет завтра». Я рассказывала об этом своей лучшей подруге. Мы долго плакали, она просила при первых же подобных мыслях обязательно ей говорить.

Я передавала записку другу, с которым мы вместе со второго класса. Написала очень сумбурно, думаю, он, скорее всего, не понял, что происходило.

— Вы пытались обратить внимание на свою проблему, а не действительно покончить с собой, верно?

— Да. Но в итоге я его тоже очень легко убедила, что всё закончилось и всё нормально… У меня были порывы поговорить со своими близкими учителями. Я им очень доверяла, они меня вдохновляли. Вообще мне всегда лучше удавалось найти контакт с более взрослыми людьми, чем со сверстниками. Я хотела всё рассказать учительнице по литературе, но в какой-то момент просто что-то щёлкнуло — и я передумала. Я не помню, по какой причине я этого не сделала. Может быть, меня остановила её религиозность… Ребёнку без какой-то поддержки очень сложно пойти на опасный шаг. И то, что я делаю сейчас, — это для меня очень сложно морально.

— А сейчас вы бы ей рассказали?

— Да.

— И не боялись бы за маму?

— Вы не пробовали обратиться на горячую линию для подростков?

— Никогда об этом не думала. Сейчас я понимаю, что это очень многое бы изменило. Но тогда у меня и в мыслях не было звонить куда-то и рассказывать.

«Родственники решили меня заочно “отпеть”»

Я мусульманка, и мои родственники – религиозные люди. Когда я наконец вышла из больницы, то узнала, что по мне собирали аш. Это специальное собрание, которое проводится только по экстренным случаям. Например, это может быть аналогом православных поминок.

Так вот все мои родственники были уверены, что я больна неизлечимо, то ли собрались попросить Аллаха помочь мне чудом, то ли уже смирились и решили меня заочно «отпеть».

Не знаю, Аллах или сильнодействующие взрослые антидепрессанты, которыми меня фаршировали в отделении, но что-то мне помогло, и я выздоровела. Однако из больницы я вышла с неправильным диагнозом.

Врачи решили ничего не менять и оставили мне шизофрению. Через несколько лет в частной клинике этот диагноз опровергнут и заменят на «биполярное аффективное», но, когда я лежала в психушке в первый раз, биполярку еще никому не ставили.

«Я просто его жалела»

— Вы когда-нибудь чувствовали себя счастливой?

— Да, когда я была не дома.

— Есть видео, на котором вы поёте, а ваш отец играет на гитаре. Вы там выглядите счастливым ребёнком (мы не можем опубликовать это видео, чтобы не мешать работе следователей. — RT).

— Я научилась притворяться. Когда не было постели, я переключалась. Я воображала себе, что всего этого нет: всё хорошо, всё как у нормальных людей. Я каждый день себе повторяла это. Я старалась сразу же перечёркивать, нажимать delete. Стираешь из памяти то, что было вчера. Я так хорошо научилась сама себя убеждать, что иногда с трудом восстанавливала события предыдущих дней.

— Как часто всё это происходило?

— Сегодня у вас есть проблемы с интимной жизнью?

— (После паузы.) Есть. Чисто психологических проблем, в голове, очень много.

— Вы обращались к специалистам? 

— Да. Говорят, мне нужно выработать отторжение ко всему, что было в моей жизни. Чтобы у меня не возникало жалости. Будет очень долгая психологическая работа и медикаменты.

— О какой жалости идёт речь?

— Это всё происходило из жалости к нему. Мне было около 13 лет, когда он рассказал довольно тяжёлую историю из своей жизни. Родители, которые пили постоянно. Брат, который над ним издевался.

— У вашего отца не было проблем с алкоголем и наркотиками?

— Нет, он никогда сам не пил и не курил. В детстве он убегал из дома — от всего этого… И когда он мне рассказывал, он плакал. Я просто его жалела. Он мне говорил: «Мне это нужно, я тебе не сделаю больно».

— Но есть много других способов. Почему именно с вами?

— Он сказал, что в какой-то момент он начал испытывать ко мне влечение. Говорил, что пытался уйти от этого, уходил из дома на какой-то период, ночевал на работе.

— А как он объяснял свой уход вашей маме?

— Честно — не знаю. Мне он об этом не рассказывал. И я не задавалась этим вопросом.

«Пугают, что отправят в детский дом»

«Случай Лены — классический, — говорит Анна Левченко, руководитель Мониторингового центра по выявлению опасного и запрещённого законодательством контента. — Такое встречается в тех семьях, где нет доверительных отношений между матерью и ребёнком. Мать не верит дочери (как правило, речь идёт именно о девочках) до последнего. Бывает, что матери закрывают на это глаза ради мужчины, ради сохранения отношений. При этом девочки почему-то чувствуют себя ответственными за брак родителей и боятся разрушить семью, рассказав про домогательства со стороны отца или отчима. Поэтому, как правило, в семье такие дети поддержки не находят».

«Это реальные случаи. Например, так было год назад в Москве, — продолжает Анна. — Директор школы обратилась в правоохранительные органы, но мать запугала дочь до такой степени, что девочка тут же изменила показания, сказала, что ничего не было. Девочке на тот момент исполнилось 16 лет. Насиловал её отчим с восьми лет. Почему она решила обо всём рассказать? Её родной сестре тоже исполнилось восемь, она заметила, что отчим стал приставать и к младшей. То есть себя защитить она не смогла — хотела помочь хотя бы сестре. Мать в ярости бросилась на неё, на учителей, на директора. Я при этом присутствовала, видела своими глазами. Люди из Следственного комитета и с Петровки (ГУ МВД по Москве. — RT), которые занимаются такими случаями, пообщавшись с девочкой, в один голос сказали, что на 99% уверены: она не врёт. Но ничего сделать не могли, потому что девочка меняла показания. В итоге всё-таки дело дошло до задержания. Мать до последнего защищала педофила-сожителя».

«Иногда школьные психологи или учителя начинают пугать тем, что ребёнка изымут из семьи и отправят в детский дом, — говорит Левченко. — У нас был случай, когда 15-летняя девочка рассказала учительнице о домашнем насилии. На что та ей ответила: «Ты самая обеспеченная в классе, тебе все завидуют, а что случится, если папу отправят в тюрьму, а маму лишат родительских прав?» В итоге девочка продала всех своих дорогих кукол, собрала около 15 тыс. рублей и убежала к бабушке в Барнаул, живёт теперь у неё».

По мнению Анны Левченко, необходимо открывать центры для жертв сексуального насилия, где ребёнок или подросток может пройти курс реабилитации с помощью медиков и психологов. Сейчас таких центров очень мало.

«Необходимы беседы в школах о личных телесных границах, о том, что такие действия со стороны взрослых ненормальны, — считает Левченко. — Дети, в отношении которых совершается сексуальное насилие с раннего возраста, просто не знают, что такое норма, они могут не осознавать, что они жертвы. Также нужно объяснять, что есть бесплатная юридическая и психологическая помощь».